mal_vir

Category:

Немного о моем опыте работы в нефтегазовых компаниях

Казтрансойл (дальше для краткости - КТО)

                              Счастье – это не что-то готовое, что легко можно найти. 

                                                        Оно – следствие наших собственных действий.
                                                                                                                         ~ Далай Лама 

Итак, будучи в гостях у сестры моей подруги, я узнала об открытой вакансии в образованной в мае 1999 компании КТО. Подготовив свое резюме, в декабре 1999 я пришла на собеседование к директору будущего Департамента внутреннего аудита (далее - ДВА), которого весьма впечатлил мой трудовой опыт и образование. Он сразу сказал, чтобы я оформлялась менеджером на работу с января 2000. Поначалу я удивилась и, конечно же, обрадовалась такому быстрому решению вопроса, но чуть позже я поняла, почему так: оказалось, что во всем штате ДВА (директор и 3 сотрудника) я была единственным сотрудником, «нюхавшим» внешний и внутренний аудит, остальные сотрудники были из совсем других сфер деятельности. ДВА в КТО только создавался, надо было начинать все с нуля, и нужно же было опереться на кого-то, кто не понаслышке знает предмет. Таким человеком оказалась я. На меня легла ответственность за создание и разработку всей нормативно-регламентирующей документации по внутреннему аудиту (далее – ВА) – разного рода Положения, Правила, должностные инструкции, Регламент деятельности, План работы и т.д. 

Остальные колоритные члены команды имели опыт работы в следующих направлениях: директор по образованию инженер, по опыту работы – управленец; старший менеджер по образованию инженер-системотехник, по опыту - бухгалтер, финансист, знаток налогового и управленческого учета, виртуоз во всевозможных схемах ухода от налогов; главспецом у нас была самая загадочная и авантюрная личность с весьма темным прошлым и ооооочень большими амбициями – она отучилась на МБА в городке Мобил в США, затем временами работала в иностранных компаниях в КЗ в сфере нефтегаза на неясных позициях, и судя по всему, сорвав там свой куш, со скандалом увольнялась оттуда. В нашем ДВА она претендовала на рассмотрение любых вопросов по маркетингу и контрактам, а вообще по жизни считала своим предназначением – «ставить политиков».  

Зачем я так подробно останавливаюсь на описании моих коллег по ДВА? Потому что в будущие годы каждый из них сыграет особую роль в моей жизни, оставив и травмирующий и светлый след в моей душе. Даже 10 лет спустя наши с ними пути изредка пересекались, как бы устраивая мне проверочки на обнуление отношения. 

Надо отметить, что я с удовольствием и увлеченностью занималась своей работой: искала и узнавала все больше и больше по теме ВА, вступила в Международную Ассоциацию профессиональных внутренних аудиторов (IIA), в Российский Клуб (тогда еще) внутренних аудиторов, в Международную Ассоциацию Дипломированных специалистов в области расследования мошенничеств (ACFE). Членство в этих ассоциациях давало мне доступ к библиотекам и другим специализированным редким материалам в названных областях, которые я активно использовала в деятельности ДВА, естественно, адаптируя и творчески перерабатывая их в соответствии с особенностями тогдашнего законодательства РК и реалиями действительности.

Осенью 2000 компания переехала с сотрудниками в новую столицу – Астану, и я в том числе. Было много командировок по филиалам и дочерним компаниям КТО. Было интересно. Вместе с тем, часто приходилось сталкиваться с неприятием ДВА, наших проверок и выдаваемых по их результатам рекомендаций по улучшению. Нас многие воспринимали в штыки, не предоставляли информацию, многие открыто игнорировали и исподтишка терроризировали. Но со временем почти все поняли, что мы – очень даже грамотные и дружественно настроенные коллеги, которые могут проконсультировать и что-то полезное посоветовать, что мы не являемся карательным органом руководства. 

Транспорт нефти и газа (ТНГ)

                                           Знание оборотной стороны профессии или призвания 

                                                                           — это та цена, которую мы платим 

                                                              за овладение профессиональными навыками. 

                                                                                                                 ~ Джеймс Болдуин

Поскольку КТО была компанией-монополистом, и ей по закону не положено было иметь кучу непрофильных дочерних компаний (далее - дочек), то в 2001 все эти дочки были выведены из КТО, и создана новая национальная компания «Транспорт нефти и газа», в которой КТО тоже была дочкой теперь. В ТНГ перешли основные департаменты управленческих функций центрального аппарата КТО, включая ДВА. Штат наш чуть расширили: к нам пришли юрист, экономист (моя протеже, которая 5 годами позже совершит акт предательства по отношению ко мне), еще один финансист-бухгалтер, и один никчемный родственник нашего директора. Но и ушли от первого состава двое: наш главный менеджер ушла в КТО в налоговый учет; а главспец (сильно подпортив мне нервную систему и измываясь надо мной в последние месяцы своего пребывания в КТО) удалилась посредством невероятной аферы и шантажа своего будущего шефа куда-то в дочку, сразу достигнув своей цели – став замгенерального директора по коммерции. Меня назначили замдиректора ДВА.  

Здесь необходимо сделать ремарку. Если вы хотите избавиться от какого-то коллеги по работе, то, руководствуясь принципом «не навреди!», надо просить Небеса или кого-то еще ТАМ о том, чтобы этому коллеге дали возможность уйти на лучшую работу, чем в данный момент! Испробовано на себе! Мои мольбы и стенания были услышаны – вероятнее всего, моими же Кураторами и Наставниками – и после долгих мучений мне была послана долгожданная свобода от нашего главспеца из первого состава ДВА.

Тем временем, реорганизация нефтегазового госсектора экономики продолжалась, и в 2002 на базе объединения ТНГ и нацкомпании «Казахойл» на свет явился Казмунайгаз (КМГ). На момент его создания мои отношения с шефом не устраивали меня – он дважды публично, в коридоре офиса, необоснованно и громко отчитывал меня, даже не разобравшись в сути вопроса, а извинился всего 1 раз, и то у себя в кабинете. Кроме того, в КМГ предстоял долгий период слияния и противоборства двух трудно-совместимых идеологий и корпоративных культур с дублирующими функциями и кадровыми войнами. И работы там прибавилось значительно (объектами наших аудитов стали более 600 дочек и внучек), да и наш ДВА объединили с аналогичным департаментом Казахойла (а там было много профнепригодного балласта, рабочую нагрузку которого пришлось бы выполнять другим). И я решила сделать ход конем – без ведома своего шефа я уговорила свою бывшую коллегу по первому составу ДВА в КТО пойти на мое место замдиректора ДВА в КМГ, а я ушла на «вольные хлеба» - стала руководителем Службы ВА в КТО, которую создали согласно требований закона и все равно бы туда кого-нибудь назначили. Так я избавилась от шефа, который нисколько не ценил меня и не считал нужным быть вежливым, и у меня было почти 1,5 года спокойной жизни без переработок и работы на износ. 

Казмунайгаз (КМГ)

                                                                                       Воровать — это преступление. 

                                                                                         Много воровать — это бизнес. 

                                                                   Грабить весь народ — это уже политика. 

                                                                                                                                  (анекдот) 

Пока я «оттягивалась» в КТО (масштаб работ не сравнить с КМГ), в январе 2003 освободилось место директора ДВКА (деп внутреннего контроля и аудита) в КМГ, и мне стали настойчиво и неоднократно звонить из кадровой службы КМГ, предлагая занять эту вакансию. Я отказывалась. В итоге дело кончилось тем, что в июле просто вышел приказ о моем назначении и переводе в КМГ, и у меня не было уже выбора. Я три дня проплакала, помню, как сейчас. Видимо, прощалась со спокойной и тихой жизнью в КТО, осознавала тягость бремени руководства непростым коллективом в гигантской компании, в которой активно продолжали идти все виды корпоративных войн и интриг, прощалась со своей, пусть и крохотной, но автономностью и свободой. И, наверное, еще что-то было скрыто в этих моих слезах, о чем я не догадалась до сих пор. Но эти три дня слез были для меня тем Рубиконом, пройдя который я вдохнула в себя что-то новое и свежее, и смело пошла вперед навстречу новым вызовам и трудностям.

Думаю, что меня подчистили мои Кураторы (ведь слезы – это соприкосновение с Душой и своеобразная «архивация» уже пройденных опытов чувствования) перед тем, как впустить меня на новую траекторию движения по новому витку спирали, так как начинался новый мой этап внутри «песочницы», и мне надо было освободить место для новых опытов и уроков.

На новом месте высокое руководство (которое знало меня еще с КТО в 2000) дало мне карт-бланш, и многое оказалось не таким уж и зловещим в этом КМГ. Да, безусловно, было трудно наводить порядок в порой абсолютно неграмотно выстроенных и неэффективных бизнес-процессах центрального аппарата КМГ. Мне понадобилось полгода, чтобы вычистить мой ДВКА от бесполезного персонала-балласта, и набрать самой специалистов разного профиля для полноты охвата операционного функционала для качественного проведения будущих аудитов. Радовало, что никто не осмеливался давить на меня звонками и просьбами об устройстве своих протеже. У меня к тому времени уже была сложившаяся репутация человека жесткого и принципиального, сурового и требовательного руководителя. С моим мнением считались и, как выяснилось позже, меня даже побаивались. Так смешно! А я вся такая – белая и пушистая, добрая и мягкая))))). Зато, как много лет спустя рассказывали мне мои бывшие сотрудники, под моим крылом они чувствовали себя спокойными и надежно защищенными. 

Документы по деятельности ВА, разработанные мной в КТО и ТНГ, были переработаны с учетом начавшего меняться законодательства об акционерных обществах, утверждены и «пошли в народ» - во многих дочках и внучках КМГ создавались свои ДВА, и им нужна была какая-то нормативно-правовая база для начала их деятельности. Я активно обучалась сама (на получение международного квалификационного диплома «сертифицированного внутреннего аудитора» - CIA), обучала сама некоторых своих новых сотрудников основам ВА, а также приглашала зарубежных лекторов для их обучения без отрыва от производства. Осенью 2003 ко мне на прием вдруг стали приходить группы сотрудников Минфина РК из отдела методологии за консультациями и вообще за любой информацией по ВА. Оказалось, что перед ними поставили задачу – разработать квалификационные требования к профессии внутреннего аудитора – чтобы внести эту новую профессию в Квалификационный справочник профессий РК. А информацию взять им было негде, и им посоветовали обратиться ко мне как к самому сведущему на тот момент специалисту в области ВА. В тот период ко мне обращались за помощью и консультациями и из компаний из-за пределов КМГ. И, конечно же, им всем была оказана вся необходимая методическая и информационная помощь с моей стороны, подсказаны источники, переданы мои собственные разработки последних лет. Я тихо и незаметно начинала становиться матриархом ВА в КЗ, как меня назовут спустя 10 лет. 

В первое время морально было не всегда просто моим сотрудникам, которые в составе аудиторских групп выдвигались на проверки в структурные подразделения КМГ, преодолевать сопротивление и саботаж со стороны работников этих подразделений – их обижали, оскорбляли и пытались унизить. Мне приходилось ставить на место обидчиков и защищать своих подопечных. Многие относились к нам, как к карательному органу. А мною пугали генеральных директоров (мол, приедет она, проверит тебя, и тебя точно уволят), я была эдакой «корпоративной страшилкой». Лишь поработав с нами, люди начинали понимать нашу позитивную роль в оптимизации бизнес-процессов и приведении их в соответствие со здравым смыслом и принятыми правилами. 

Разумеется, высшее руководство рассматривало ДВКА в качестве «чистильщиков» и понимало, что нам никогда нигде не будут рады, поэтому оказывало всемерную поддержку по необходимости. Как в той известной песне: «Наша служба и опасна и трудна, и на первый взгляд, как будто не видна….Если кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет, значит, с ними нам вести незримый бой – так назначено судьбой…». И мы, хоть и руководствовались в своей деятельности самыми высокими морально-этическими стандартами (за что нас и уважали, и над чем подтрунивали), конечно же, понимали, что коррупция и злоупотребления на работе всегда будут иметь место, как с этим не борись. Поэтому в условиях нашей реальности мы сконцентрировались на совершенствовании бизнес-процессов и усилении инструментов внутреннего контроля в них, а также на других аспектах функций ВА в компании. Нас радовало и вдохновляло то, что в первые несколько лет существования ДВКА практически 90-95%% наших рекомендаций всегда принимались и внедрялись в жизнь, мы приносили явную пользу, и в нашем «незамыленном взгляде со стороны» нуждались многие структурные подразделения. Так было до 2006 года.  

Кроме того, что мой департамент отличался высокими профессионализмом и моральными качествами, мне удалось за 7 лет создать сильную команду редких специалистов из хороших людей, объединенных общей высокой целью и работающих в атмосфере почти семейной любви и взаимной поддержки. Уже по прошествии многих лет почти каждый мой бывший работник с теплотой и нежностью вспоминает годы, проведенные вместе со мной на работе в том нефтегазовом холдинге. И это без ложной скромности! Я понимаю, что это смахивает на самолюбование, но все действительно было так, хоть и недолго. Заинтересованный читатель легко сможет найти в интернете при желании информацию обо мне, хотя бы в ежегодном справочнике «Кто есть кто в Казахстане» за 2006. Кстати, вот здесь есть очень любопытная и довольно правдивая история нацкомпаний КЗ, которая немного проливает свет на некоторые закулисные игры, скрытые от глаз и ушей широкой публики, а также подтверждающей верность моих мотивов решения покинуть эту сферу, и вообще корпоративный бизнес.  

У меня есть такое природное свойство (замечено не только мной) - в моем присутствии люди начинают говорить долго скрываемую правду, порой даже сами не понимают, зачем они это делают. Это мое свойство мы часто использовали в профессиональной работе, когда я была внутренним аудитором. И в частной жизни тоже нередко люди вдруг проговаривали такие вещи, о чем, наверное, потом сильно жалели.

Были и трогательные моменты в процессе моей работы в КМГ. Один из таких моментов дал мне на практике понять, что такое «третья точка наблюдения». Подробнее здесь.  

Я была очень неудобным работником в этой системе КМГ: многие отчеты и служебные записки моего департамента вынуждали руководителей разных уровней принимать непопулярные меры, увольнять и наводить нежелательный для них порядок, делать прозрачными и понятными операции и сделки. Был случай, вернее – два, когда один и тот же весьма яркий и одиозный персонаж с довольно неоднозначным прошлым (при его руководстве развалилась не одна крупная компания), будучи назначен руководить научно-техническим центром одной из дочек КМГ, быстро разогнал годами формировавшийся творческий коллектив работников этого центра, преследуя свои вполне определенные корыстные цели. Позже он повторил такое же в другом научном центре, также входившем в состав КМГ. Вмешательство моего департамента и настойчивое рассмотрение итогов нашего аудита на очных заседаниях Совета директоров (СД) этой дочки, хотя и было однозначно неприятно председателю СД, но таковы были утвержденные правила и требования закона, в результате чего этого вышеупомянутого персонажа все же призвали к порядку и указали на недопустимость подобного поведения. А самое главное достижение проявленной мной настойчивости – научный коллектив снова был восстановлен на прежнем месте и мы еще многие годы после случившегося получали от него признательность и слова благодарности. 

В январе 2006 меня перевели в дочку КМГ – Казтрансгаз, мотивируя это тем, что со мной некомфортно работать моему шефу (президенту КМГ), а также тем, что и в КТГ много интересной работы. Мне было разрешено забрать с собой любых сотрудников из моей команды в КМГ, и мне сохранили мою высокую зарплату при переходе в КТГ. Зуппер!

Казтрансгаз (КТГ)

                                                                                                «Ты можешь быть правым, 

                                                                                     или можешь  быть счастливым» 

                                                                                                         (восточная мудрость)

По сравнению с КМГ в КТГ работы было значительно меньше, и офис нашего департамента располагался географически так сказать «вдали от Родины», т.е. не в основном здании КТГ, а в тишине и почти на природе. И нам это очень нравилось. Всех все устраивало – ДВКА есть, выполняет свои функции, все соответствует требованиям закона, мы никому не мозолим глаза, хотя нас периодически просят разобраться со спорными и неоднозначными ситуациями. Мы вроде как есть, и в то же время нас нет. Никто не вмешивался в нашу работу. Ну, просто сказка и песня! 

К тому времени изменилось наше подчинение – мы отчитывались уже не президенту КТГ, а его единственному акционеру в лице все того же президента КМГ. Наши недоброжелатели со временем постарались сделать так, что наши отчеты с результатами аудитов перестали попадать шефу на стол, а заворачивались куда-то «в сторону» еще на уровне канцелярии КМГ, которая регистрировала входящую корреспонденцию. А на проверках моим сотрудникам стали откровенно смеяться в лицо – мол, чего вы тут проверяете, все равно ваши отчеты никто не читает, что невероятно подрывало нашу веру в полезность нашей работы. 

Для полноты картины японская притча.

В Японии, в одном поселке недалеко от столицы жил старый мудрый самурай. Однажды, когда он вел занятия со своими учениками, к нему подошел молодой боец, известный своей грубостью и жестокостью. Его любимым приемом была провокация: он выводил противника из себя и, ослепленный яростью, тот принимал его вызов, совершал ошибку за ошибкой и в результате проигрывал бой.

Молодой боец начал оскорблять старика: он бросал в него камни, плевался и ругался последними словами. Но старик оставался невозмутимым и продолжал занятия. В конце дня раздраженный и уставший молодой боец убрался восвояси.  Ученики, удивленные тем, что старик вынес столько оскорблений, спросили его:

– Почему вы не вызвали его на бой? Неужели испугались поражения?

Старый самурай ответил:

– Если кто-то подойдет к вам с подарком и вы не примете его, кому будет принадлежать подарок?

– Своему прежнему хозяину, – ответил один из учеников.

– То же самое касается зависти, ненависти и ругательств. До тех пор, пока ты не примешь их, они принадлежат тому, кто их принес.

Это самое чувство бесполезности моей работы и труда моей команды появилось у меня еще в последний год работы в КМГ, но я старалась подавлять его. С годами оно все больше нарастало и не давало мне покоя. Еще со времен после окончания МГУ я твердо не хотела работать финансистом (в любом виде) и бухгалтером, хотя жизнь все-таки заставила меня частично иметь дело и с тем, и с другим. У меня было стойкое убеждение в том, что все эти сложные финансовые инструменты надуманы и фиктивны, а бухгалтерские правила слишком раздуты и усложнены. Хоть мне всегда и нравилось учиться и познавать новое, но вот на изучение этих дисциплин я не хотела тратить ни минуты своей жизни. Мне было трудно с этим справиться, особенно во время работы в Deloitte&Touche, но ничего, пережила. Когда я готовилась к экзаменам на CIA, изучала темы и решала задачки, меня не покидало чувство, что все это (эти стандарты деятельности, правила, процедуры и т.д.) не может быть применимо в чистом виде в нашей стране – по соображениям ментальности, состояния законодательства и отсутствия прозрачности в бизнесе. Сдав 2 части экзамена CIA, я даже перестала пытаться сдать остальные 2 – пропало желание, пропал энтузиазм в профессии, появилось неверие в полезность собственной деятельности, и так произошла первая потеря смысла – смысла этой работы. Еще я нутром чувствовала, что все эти профессиональные ассоциации (включая бухгалтерские, финансовые, аудиторские и др.), разрабатывающие и затем навязывающие всему миру свои стандарты, правила, экзамены и пр., просто специально все усложняют, чтобы затем предложить свои услуги в решении возникших вопросов и проблем, и таким образом навариться на желающих. Мне не хотелось участвовать в этой системе очковтирательства, тратить на это свое время. Я чувствовала, что все это – часть большой игры, правила которой диктуются откуда-то извне и навязаны насильно всем государствам и развивающимся экономикам. Несколько лет спустя мне попалась в интернете вот эта статья, которая не только подтвердила все эти мои внутренние догадки и предположения, но и поставила жирную точку в моих сомнениях в правильности моего решения уйти из «матрицы». 

                                                                       Качество – это стремление делать все 

                                                                                          как можно лучше даже тогда, 

                                                                                               когда это никому не важно. 

                                                                                                                             ~ Генри Форд

В октябре 2008 во время очередной реорганизации я сама по собственной воле "ушла из системы" с руководящей должности, на пике карьеры. По-современному и по-научному это называется «дауншифтинг», оказывается. Так завершился мой очень важный этап жизни, который дал мне разносторонний опыт совершенствования себя и в профессиональном плане, и в межличностных отношениях, и в творческом самовыражении и реализации, и в осмыслении новых духовных истин. За эти годы было много прекрасных, чудесных и вдохновляющих событий и моментов, так же как и огорчающих, депрессивных и досадных. Я научилась не привязываться к результатам своего труда, научилась отпускать прошлое, научилась принимать цикличность – в том смысле, что всегда придет кто-то, кто разрушит все, что ты создавал годами (диалектический закон Отрицания Отрицания в действии).  Я устала и больше не могла находиться в этой системе бессмысленности. И сама себя отправила на заслуженный отдых. Этот шаг позволил мне отбросить внешнее и возвратиться к истинному. 

                                                                      «Согласие с происходящим событиями и 

                                                                                           обстоятельствами является 

                                                                                           великим секретом к счастью. 

                                                                                              Счастье приходит, когда вы 

                                                                     не пытаетесь управлять своей жизнью» 

                                                                                                                          (Джо Витале)

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.